Русский цирк возрождается

На фоне легкой стагнации прочих искусств у российского цирка, как мультижанрового явления, есть прекрасный шанс громко заявить о себе, и вернуть не просто прежние советские позиции, но и занять одну из главных ниш зрелищного диапазона. «Идол» в цирке на Вернадского — тому подтверждение. Много на свете пустых фестивалей и премий, стреляющих вхолостую; здесь же — дан заряд и выставлена планка всему цирковому искусству на целый год. В этот раз мне пришлось быть в жюри «Идола», а потому всю ситуацию вижу изнутри.

Знаете, когда Эдгард Запашный с Аскольдом только начинали «Идол», намекая и на цирковой «Оскар», и на некую фестивальную конкуренцию с Монте-Карло, — иные их планы и прожекты воспринимались с иронией. Мол, ну какой у нас «Оскар», какое еще Монте-Карло... А вот Монте-Карло такое, что вручать призы артистам в минувшее воскресенье выходили вице-президент главного мирового циркового форума в Монте-Карло Урс Пилс и, собственно, президент этого же форума, принцесса Монако Стефания. Поверьте, если б планка не соответствовала самому высокому олимпийскому уровню, этих людей здесь просто бы не было.

А они есть. И воспринимаются чем-то самим собой разумеющимся. Я уж молчу про Юджина Чаплина, Жана Мари Этьена, Петра Дубинского, Элизу ван дер Мэйден... Фестиваль нарастил такое мясо, и развил такую скорость, что золотые статуэтки «Идола» ни разу не воспринимаются как какие-то местные блестящие бирюльки играющих в свои игры папуасов. Мы реально утверждаем цирк как мощное современное суперактуальное искусство; и красивый заманчивый антураж фестиваля — уже не главное: как в Голливуде за «Оскаром» стоит индустрия, так и здесь за «Идолом» стоит воля к высококлассному цирку.

Еще недавно этой воли как будто бы не было. «Цирк влачил», немножко ехал по инерции. Запашные — в силу своих возможностей — решили поднять голову, и мало того, что доказали крутость отечественного продукта, так еще и вписали его в международный контекст. Чего почти не получается у нашего арт-сообщества, у наших (за редким исключением) кинематографистов, и прочих...

«Идол» полноценно стал международным фестивалем, и подтверждением тому — золото от профессионального жюри воздушному полету п/р Цой Мён Су из КНДР, серебро группе Гуангси «антипод на бочонках» из Китая, бронзу блестящему американскому дуэту на трапеции «Даринг Джонс» (у профжюри было по нескольку лауреатов на первые три места, называю сейчас иностранцев). И каждый взял статуэтку абсолютно заслуженно, без всяких, обычных в таких случаях, заигрываний в «ну раз приехали, то и получите, типа гости». Ничего подобного.

 

Второй показательный момент — «цирк — больше, чем цирк». Гимнаст из Кореи неудачно спрыгнул с сетки, получил сотрясение, отказался от госпитализации, отработал номер, всю программу день за днем. Маленький, но подвиг. Рослый, крупный партнер из «Дуо Штауберти» (перши на моноцикле) падает на манеже, сильно ударяясь спиной; встает, через силу улыбается, повторяет трюк. Смотреть больно, но это цирк, люди себя не жалеют. И, наконец, главное: наш знаменитый дрессировщик Виталий Смолянец, оставшийся после ДТП без ног, выходит на протезах к своим львицам и тиграм, одним движением глаз руководит ими, филигранно, отточено, высший класс! Зал аплодирует стоя, Эдгард Запашный встает перед ним на колени, в итоге — впервые в истории «Идола» — три первых премии от трех жюри — зрительского, жюри СМИ и профессионального. То есть первый раз на «Идоле» было вручено Гран-при.

А это очень важно — показать, как люди борются за СВОЙ ЦИРК. Если угодно, за цирк в себе. Пусть он где-то там, на стороне «в загоне и в кризисе», но мне главное, что я с моим цирком выстрою самые высокие отношения. И пример этих людей, конечно, возвышает искусство.

Еще раз хотелось бы сказать про «вписанность фестиваля»: он реально воспринимается полноценным героем в череде самых первых международных форумов, подхватывая инициативу от одного, и передавая другому. Поэтому, например, приз акробатической четверке Родиона Прилепина с номером «Битлз: Yesterday» в качестве приглашения на зарубежные форумы, является уже приятной закономерностью.

Особое явление — шоу-балет цирка Вернадского под управлением Ольги Полторак. Обычно выход «подтанцовщиков» в перерывах между номерами воспринимается как нечто лишнее и угнетающее, а тут... даже члены жюри не сразу понимали, что это всего лишь «балетная вставка», а не фестивальный номер. То хип-хоп «Васильки», то светящиеся девушки у колодца, «обливающиеся водой» (в темноте по платьям бежали сверху вниз огоньки), — все это впервые в истории русского цирка дотянуло «гарнир» до уровня основного кушания. И это важнейшая вещь, потому что в цирке не бывает мелочей — от гардероба до оркестра.

Короче говоря, после такого «Идола» хочется жить. В конечном счете, неважно, кто какие места получил. Практически не было проходных номеров; тут и хула-хупы на перше «Жуло», и шикарный монгольский каучук (попробуйте в этом жанре сделать стильно), и совершенно ослепительный номер «Иоанна», взявший два серебра — от профессионалов, и от СМИ, — это гимнастка на полотнах Екатерина Шустова, девушка невероятной энергетики, этакая Майя Плисецкая на манеже... Когда есть уровень, сама собой появляется гордость за то, что ты видишь.

Теперь только надо вот эту чудесную волну, с которой мы прожили последние три дня, транслировать дальше — в региональные цирки, в свежие программы Росгосцирка, где у нас новый замечательный гендиректор Дмитрий Иванов, для которого творческая планка — дело чести.

13.09.2016
Поделиться:
Комментарии
Имя *
Email *
Комментарий *